— Это все ты виноват! — раздался обвиняющий голос в динамике телефона ранним воскресным утром. — И тебе, пап, доброе утро. — Ты мне утрами своими зубы не заговаривай! Приезжай, помощь твоя нужна. — Что-то срочное? Беда?! — Срочное — не то слово! Беда — еще какая! И Аньку бери, она тоже виновата. Даже, наверное, больше, чем ты! Через час Дима с Аней, взмыленные и запыхавшиеся, уже ломились в дверь к родителям, которые жили на другом конце города. — А! Приехали! Вовремя! Чайник как раз вскипел! — Папа! Какой, к черту, чайник?! Ты сказал, что случилось что-то, что срочно нужна помощь! — Хм, ну хорошо, давайте сразу к сути, — мужчина открыл дверь за спиной. — Вот, знакомьтесь, это Андрюша — ваш сын! В комнату вошел белолицый мальчик лет десяти с растрепанными волосами и дурацким галстуком-бабочкой на рубашке. — Пап, какой еще сын? Ты сдурел? У нас нет детей. — Вот то-то и оно! Это все вы виноваты! Из-за вас мне пришлось его купить! — Кого купить? — Дима хотел было потерять сознание и упасть на пол, но жена удержала его. — Ты где ребенка украл? Это же статья! — Да какая статья, — махнул отец рукой и протянул смятый чек. Дима развернул и прочел наименование товара: «Кибервнук Андрюша», модель «Бабкина радость». — Что значит кибервнук? — Да робот это, дубина ты необразованная! А еще современная молодежь! Чайлдфри! Вот из-за вас, детопротивников, и пришлось купить этого терминатора в подтяжках. — Серьезно, что ли, робот? — Серьезней некуда. — Для достоверности отец постучал Андрюше по голове обувной ложкой, и раздался глухой звон. — Титановый сплав! — А что он умеет? — спросила наконец молчавшая до этого Аня. — Да все то же, что и обычные дети! В него заложена программа самообучения. Но не это главное. Эти сволочи, его создатели, — настоящие психологи! Будь они все прокляты. Этот засранец… — Деда, не ругайся, а то бабушке расскажу, — сморщил нос Андрюша. — Этот ангелочек, — перешел на шепот отец, — давит на самое сокровенное. И этим добивает. — Например? — Например. Мать твоя спрашивает: «Андрюшенька, хочешь кушать?» — Так. — Его сколько ни спрашивай, он всегда ответит: «Хочу!» Модель «Бабкина радость» же! Всегда просит добавки, вечно голоден, внутри — бездонная яма! Мать твоя на радостях ему день и ночь готовит! У меня половина пенсии уходит на этого прожору! Есть, конечно, свои плюсы. Это и правда хороший внук. Он радуется свитерам, которые ему вяжут, смотрит с тобой бокс и не выпендривается, — старик-отец с обидой посмотрел на сына, но тот лишь закатил глаза. — Подарки ему дарить можно. Он, кстати, и деньги принимает тоже: хочешь — наличкой, хочешь — по карте, даже сдачу может монетами выдать, если в приемнике есть мелочь. Мы с ним скворечники иногда собираем. У него фаланги пальцев под биты и шестигранники оборудованы — очень удобно. — Слушай! Так ведь прекрасная же альтернатива! С виду так и не скажешь, что робот. — Прекрасная… Не спорю… Не стареет, не болеет, если, конечно, дополнение не скачать, а так можно его и на постельный режим перевести. Вайфай, кстати, раздает. Да вот только не настоящий он! Понимаешь?! — Понимаю! Но я-то что сделаю?! — Внуков сделай! — Прямо тут?! — Можешь в своей комнате! Мы там, правда, холодильник старый поставили и сервант, места мало, но ничего. Мы раньше и в более неудобной обстановке, так сказать… Тебя вообще в тракторе, зимой… — Пап! — Ладно, молчу. — Нет, пап, не в этом году. — А… — отец снова махнул рукой. — Тогда хотя бы помоги с этим вот, — показал он на Андрюшу. — А что с ним? Сломался? — Глючит. Я его пару раз на рыбалку сводил. Сказал, что люблю очень это дело. Он запомнил. Теперь каждое утро меня будит ни свет ни заря и спиннинг в руку сует со словами: «Червей я уже накопал». — Так это же здорово! — Это было здорово первые три недели! А сейчас я ненавижу рыбалку! Я даже спиннинги все свои сломал и сети порвал, лишь бы он отстал! Так этот умник посмотрел на Ютубе, как удочки из ивовых веток и орешника делать. Все! Он всегда готов, и червей у него полный карман! — А до заводских настроек его не сбросить? — Можно! Для этого ты мне тут и нужен! — Я? — Он до заводских только ремнем сбрасывается. — Надо же, все как в жизни. — На, — протянул отец ремень. — Почему я? — Твой же сын. — Так ведь… — Ничего не хочу слышать! Или сбрасывай, или иди в свою комнату и другого мне делай. — Ладно! Дима взял ремень и громко, по-отцовски, приказал Андрюше, замахнувшись на него: — Снимай штаны! Будем тебя перезагружать. — Стой! — остановил его отец. — Чего? — Ничего. Думал, я тебе внука позволю пороть?! Я надеялся, сдашься, а ты — ремнем… — Да ты сам меня так воспитывал. — То другое время было. А теперь я дед. Не позволю!