Артем только что закончил поварские онлайн-курсы, и его обуревала жажда творчества. Две недели он пытался кормить родню фрикасе из кролика и курицей терияки, но отец настойчиво требовал картошку с грибами и холодец, подозревая сына в желании вступить в права наследства как можно раньше, отравив семью.
Амбиции парня росли как на дрожжах. Он чувствовал, что задыхается в стенах квартиры и ему нужен простор для творчества. А тут как раз подвернулась вакансия повара в местную школу.
Зарплату обещали. В принципе — это все. Никто не говорил о конкретных цифрах. Но Артему это было и неважно. На собеседовании он заявил директору, что собирается добиться для его столовой целого созвездия Мишлен и его никто не остановит в этом порыве. Директор смотрел на энтузиаста с сочувствием, но на работу принял. Все остальные его сотрудники были сплошь воришки и лентяи, а тут такой принципиальный экземпляр — пусть готовит.
Повара лениво чистили картошку и кидали ее прямо с глазкáми в ванну для мытья овощей, когда на кухне появился директор вместе с неопознанным чудом в стильном черном кителе на два размера больше и модном французском колпаке с АлиЭкспресс.
— Знакомьтесь: Артем, ваш новый собрат по оружию! Обучался в ютубе! — торжественно произнес директор и тут же исчез.
— Здравствуйте, коллеги! — не менее торжественно произнес Артем.
— Тамбовский кок тебе коллега, — злобно ответила одна из поварих, телосложением и цветом кожи напоминающая свеклу.
— Ну-с, — не обращая внимания на вялое приветствие, продолжал парень, — чем будем сегодня угощать?
Новоиспеченный повар метался в предположениях, какими будут его первые блюда. Крем-суп? Рагу? А может, что-то из морепродуктов?
— Рассольник и гречка, — рявкнула женщина в засаленном халате и бросила картошку в ванну так, что брызги попали Артему на лицо.
— Великолепно! — произнес он все так же оптимистично и побрел в сторону разделочного стола.
— Идиота какого-то прислали, — прошептала женщина коллеге так, что ее услышали даже в кабинете музыки во время урока.
— А где продукты? — спросил Артем, готовый побеждать рассольник.
— Все уже на столе! — послышался ответ.
Пакет перловки, три худых маринованных огурца, утонувших в трехлитровой банке с рассолом, луковица и морковь — этим набором повар должен был накормить сто пятьдесят человек.
Со вторым блюдом было проще. Гречку сюда завозили тоннами. Из нее обычно готовилось семьдесят процентов блюд. В суп и к гарниру должно было идти какое-то мясо. Но повара решили, что новенький — это лишний рот на их территории, и выдали ему на все блюда говяжью печень. Из приправ на школьной кухне были только соль и лавровый лист. Десятилетиями эти двое боролись с пресным вкусом еды и добавляли блюдам ощущение присутствия бульона. Благо Артем притащил целый мешок приправ, который заказал еще во время обучения.
На всю кухню имелся только один нож, которым здесь резалось и намазывалось абсолютно все, а еще им закручивались винты и периодически зачищалась проводка, когда приходил электрик.
Но несмотря на все неудобства, возбужденный Тема начал творить. Кухню быстро заполнили неизвестные тут доселе ароматы базилика и тимьяна. Повар крутился вокруг печени, гладил ее и купал в молоке. На онлайн-курсах шеф-повар всегда говорил, что с едой нужно быть на равных. Где-то в шкафах отыскался горчичный порошок, сахар превратился в карамель, обжарился весь лук, какой Тема смог достать в закромах столовой.
— Представляешь, — сказала женщина-свекла напарнице, проведав новичка, — этот крендель там с печенью беседы водит.
— Совсем как наш Борька. Но тот со своей чаще говорит — прощения просит. Эх, наберут же по объявлению!
Весь день женщины пили кофе, курили и не вмешивались в творческий процесс. По их прикидкам, новенького должны были уволить еще до конца рабочего дня, когда ученики начнут массово возвращать полные тарелки и жаловаться родителям на вонючую печенку, которой их пытались отравить. Но, на удивление, во время обеда в окно приема грязной посуды сдавались исключительно пустые тарелки.
Сразу после школьного звонка на кухню ворвался директор и, собрав всю команду кулинаров, провел экстренное собрание.
— Кто сегодня готовил обед?! — кричал мужчина, вытирая потный лоб.
— Новенький, — ухмыльнулась одна из женщин.
— Что это было?! — накинулся директор на Артема.
— Гречка с печеночным суфле в горчичном соусе и рассольник с печенью, — пафосно заявил повар, и его коллеги захихикали.
— Печень?! — поморщился директор. — Но мы же ее держим только как стратегический запас! Что вы туда добавили? Лавровый лист? Признавайтесь! — тряс он Артема. — Я съел две тарелки второго и еще у замдиректора выкупил его порцию!
— Это французский рецепт! — поправил колпак Тема.
— Запишите! Включим в основное меню! А сколько денег я теперь сэкономлю! — сиял директор, пританцовывая от радости.
Поникшие поварихи радость начальника не разделяли. Теперь запасы мяса сократятся вдвое. Жадный директор заменит его более дешевой печенью, а значит, и домой они будут вынуждены забирать печенку, которую совершенно не умеют готовить.
***
На следующий день Артему предстояло разобраться с завтраком. Парень мечтал сделать что-то заковыристое, поэкспериментировать, удивить. Он очень расстроился, когда узнал, что ему предстоит приготовить омлет, а из ингредиентов есть только яйца и прокисшее молоко.
Коллеги, видя огорчение в глазах новичка, перемигнулись и предложили ему зайти в специальный холодильник, где он может взять любые продукты и приготовить все, что захочет. Распухший от припасов агрегат сводил с ума разнообразием содержимого. Здесь было все: морская рыба, индейка, грибы, свежие овощи и настоящее сливочное масло, а не маргарин. Артем потерял связь с реальностью и, словно в тумане, хватал все подряд. Он оккупировал кухню и просил ему не помогать. Никто и не настаивал.
На следующее утро на кухню снова влетел нервный директор. «Второй раз уже за неделю — это вдвое больше, чем обычно он заходит за год», — заметили повара.
— Почему пятый «В» жалуется, что у них была форель в сметанном соусе, а не лосось в сливках, как у пятого «А»? Там чуть драка не началась! Чем вы их кормите? Я не заказывал в школу ничего из этого!
Повара хотели сдать с потрохами новоиспеченного коллегу, но Тема их опередил:
— Я взял их в том холодильнике! — указал он пальцем на склад продуктов.
«Ну все, сейчас он вылетит!» — радовались про себя сотрудники кухни.
— Что ж, кх-м, — кашлянул в кулак директор, — обычно за такую инициативу я увольняю, предварительно набив морду…
Глаза у поваров загорелись. Этот зарвавшийся кулинар уже успел всех достать своими разговорами и расспросами о всяких забугорных рецептах. До его прихода верхом академического мастерства для них являлись жюльен и котлеты по-киевски, а тут какие-то буйабесы и том-ямы.
— Но мне только что позвонили из родительского комитета, — продолжал директор. — В общем, дети отказываются есть что-либо, приготовленное не в нашей столовой. Их родители хотят прийти и пообедать здесь завтра. Им кажется, что мы что-то подмешиваем в еду! Вы, как вас там, — щелкал директор пальцами.
— Артем, — гордо произнес повар.
— Да, Артем, выдаю вам карт-бланш на этот обед!
— Но как же!.. — начали суетиться остальные повара.
— Цыц! А вы, бездельницы, будете помогать ему! Если родительский комитет одобрит новое меню, мы сможем привлечь дополнительное финансирование! Питаться лучше будут не только дети, но и руководство! А там и до новых занавесок недалеко, — мечтательно произнес директор. — Так что вперед, к Мишлену! — он показал на воображаемый небосвод и удалился.
Повара кипели от злости. Какой-то пацан только пришел и уже будет ими командовать!
Тема не замечал назревающего бунта. Находясь в состоянии, близком к эйфории, дома он весь вечер провел за составлением меню для завтрашнего обеда, а после четыре часа точил нож.
— Отравить не смог, будет резать. Надо его из наследников вычеркнуть, — шептал отец Артема его матери, наблюдая за тем, с каким усердием сын водит лезвием по камню.
На следующий день, когда Артем зашел на школьную кухню, то застал абсолютно пустое помещение и огромный амбарный замок на дверях склада. Его коллеги коллективно ушли на больничный и оставили ему для готовки лишь то, что начиналось на букву Р: репу, редис, руколу, ревень и рис. Смешав эти ингредиенты вместе, можно было приготовить хорошую язву желудку и смертельный запах изо рта, но никак не вкусный обед.
В срочном порядке был вызван директор. Артем показал на закрытый склад и попросил содействия. Директор запретил ломать замок, так как это все же школьное имущество, и вручил Артему свою накопительную карту ближайшего супермаркета с пятьюдесятью тысячами бонусов. Это был щедрый дар во имя спасения престижа школы, но директор не жалел последнего.
Артем сметал продукты с полок магазина со скоростью света. Все шло как нужно, повар планировал произвести гастрономический фурор. Пока на кассе не выяснилось, что пятьдесят тысяч бонусов на карте равняются всего пяти тысячам рублей. Переполненную тележку пришлось оперативно разгружать. Артем позвонил своему куратору с поварских курсов и, перечислив имеющиеся на кухне продукты, попросил помощи. Перечень новых блюд был составлен тут же, на кассе, а тележку сократили до корзины, оставив лишь самое необходимое.
***
Родительский комитет являл собой биологическое оружие критического поражения. Критического — от слова критика. Эта масса людей, казалось бы, не имеющих между собой ничего общего, легко организовывалась при составлении списка недовольств, касающихся содержания детей внутри школы, и наносила мгновенный удар по всем фронтам. На пути к столовой, пройдя всего пятьдесят метров, человеческая машина морально уничтожила все, начиная от плохо отрегулированного кондиционера и заканчивая химическим составом краски, которой были выкрашены стены.
Директор стойко выдерживал все нападки в его сторону, но начинал сдавать. Последняя надежда была на обед. Суп-пюре из репы с кусочками курицы, ризотто со свежими овощами и тушеным редисом, а еще суфле из ревеня с заварным кремом — это тот максимум, который можно было вытащить из пятидесяти тысяч бонусов и того, что оставили повара Артему.
Сам директор не ел — кусок не лез в горло. Он смотрел на невзрачные блюда и кусал губы в наказание самому себе за то, что не позволил спилить замок. И напрасно. Родительский комитет был в восторге. Почти каждый второй попросил добавки, но никто ее не получил. Последнюю порцию Артем выскребал со дна кастрюли.
После обеда все собрались в актовом зале, чтобы обсудить новое меню. Родители без конца хвалили директора, называя его разумным руководителем, раз он нашел такого преданного работе повара. Самого повара пригласили на сцену, чтобы он сказал пару слов о своих планах и про то, как он готовил эти замечательные блюда.
Артем что-то там блеял о том, что теперь каждый может вкусно готовить, стоит лишь зайти в интернет; о том, что главное — любить свою работу и верить в лучшее. Директор его не слушал. Он таял от похвал и уже крутил в голове невидимые суммы, прикидывая, с какими поставщиками лучше налаживать мосты, чтобы выгодно покупать эксклюзивные продукты для новых блюд, а разницу помещать в свой карман. А там, глядишь, и правда можно будет задуматься о ресторане и о звездах.
Торжественная речь Артема подходила к концу. Он гордо заявил, что все приготовленное им сегодня обошлось в какие-то жалкие пять тысяч рублей плюс набор банальных растений с грядки. По его уверениям, полезные блюда не обязательно должны быть дорогими, а вкусно можно приготовить даже обыкновенный рис с курицей и овощами. Главное ― подойти с умом.
Довольные родители согласно кивали. Им нравились слова «недорого» и «полезно». Это был провал. Звезды Мишлена падали перед глазами директора. Его личный холодильник и бонусная карта пали бессмысленными жертвами. Он хотел уволить Артема прямо во время выступления, но особо подкованные родители тут же пригрозили ему СЭС и юридическими санкциями. Артема пришлось оставить.
Правда, через год он сам уволился. Слухи о талантливом поваре быстро распространялись. Парню предложили работу в армейской столовой, обслуживающей целый батальон. Там его навыки и умение готовить вкусно, полезно и недорого оказались очень кстати. Да и звезд в армии было чуть больше, чем в школе.